Cоображаешь

CоображаешьИз дневника идиота (часть 2).

Идио́т (от др.-греч. ἰδιώτης — «отдельный человек, частное лицо).

Сумасшествие

Я немного сумасшедший, наверное. Когда мне приходило смс-сообщение о том, что мне перекинули деньги на мою карточку банка, я отписывал компьютеру, что я всячески благодарствую и люблю его. Иногда бывали моменты, что я ощущал такую любовь ко всему миру, что я вам этого даже здесь не передам. А это все благодаря той любви, которую мне дали в детстве. И дают до сих пор. А может, потому, что просто все так и должно быть. Временами так все невообразимо хорошо, а подчас…

Подчас фонтан души и мозгов так бьет, что, кажется, я в преисподней. Я прошу Бога, чтобы хуже уже не было. Но я не знаю, что мне еще предстоит. И я прошу Всевышнего дать мне сил перенести все, что мне отведено. А еще я молюсь за родных и близких, которых люблю всей душой, а иногда и за тех, кого совсем не знаю. Сострадать может лишь тот, кто сам страдает.

 

О «других»

Как же тяжело быть «другим». Когда в голове, которая очень тесно связана с душой, происходят процессы, которыми ты не в силах управлять – это жуть. А иногда у «других», как у меня, голова просто пустая. Это когда ты ни чувствуешь, ни соображаешь. То есть ты вроде как соображаешь что-то и чувствуешь чуть-чуть, но только лишь то, что что-то с тобой не то. Да будь я тысячу раз Достоевским или Шекспиром, я никогда не опишу, что это такое. Потому как человеческая душа другого человека может лишь сочувствовать, но никогда не переживать тождественное. Да и что тут переживать. Это просто пустота, в которой ты не понимаешь, что думаешь и чувствуешь и тем не менее что-то пишешь, что-то говоришь. Порой кажется, что люди вокруг еще более пусты. Как же это все странно. Один и тот же человек может удавить другого за килограмм картошки и в одночасье он же никогда не протянет руку помощи просящему.

 

Бескрылая синица с душой бабочки

Синица без крыльев хотела порхать, как бабочка. Она молила о том, чтоб всегда светило солнце. Солнцето солнце, которое греет наши души. Но чаще бывало так, что в ее чистой душе шел холодный проливной дождь. Быть может, посему она была такой чистой. До безумия чистой, такой чистой, как души изможденных от страданий святых. У птицы не было крыльев, и на самом деле она просто не могла порхать, хоть так хотела. Но зато порхать могла ее душа. И иногда она порхала, радовалась, как прекрасная разноцветная бабочка. Она резво танцевалаи даже самый серый дождь был ей нипочем. И лишь когда светила молния и била гроза, синица снова пряталась и ей было очень холодно и тяжело. Однажды после дождя на горизонте стояла распрекрасная радуга, а недалеко от синицы пролетал журавль. Крылатый красавец подобрал синицу и предложил ей на своем огромном крыле полететь в светлую вечность, где нет горя и страданий. Так синица стала, как бабочканавсегда счастливой, а дождь и радуга навечно превратились в солнце